Базы данныхИнтернетКомпьютерыОперационные системыПрограммированиеСетиСвязьРазное
Поиск по сайту:
Подпишись на рассылку:

Назад в раздел

Бизнес для трех миллионов пользователей

div.main {margin-left: 20pt; margin-right: 20pt}

Бизнес для трех миллионов пользователей

Все мы время от времени сталкиваемся с недостатком информации. Но часто бывает, что информации море, а найти именно то, что требуется, очень сложно. Нам, пользователям Интернета, повезло – у нас есть Сеть. Но и она стала бы совершено бесполезной, если бы там не было наших виртуальных сталкеров – поисковых систем. И поэтому сегодня мы решили побеседовать с «человеком года», чьи проекты получили премии в пяти (!) номинациях Интел Интернет Премии, – генеральным директором «Яндекса» Аркадием Воложем.

Аркадий Волож. Тридцать семь лет. «Отец у меня – геолог, поэтому там, где я родился, я с тех пор никогда не был. Знаю, что случилось это в Казахстане, в геологической экспедиции в городе Гурьеве, и потому первые несколько месяце после рождения спал в чемодане. Потом я жил в Минске, а школьные годы прошли уже в Алма-Ате. Потом я попал в Москву и закончил там институт нефтехимической и газовой промышленности по специальности «прикладная математика». Так что сейчас я работаю «по профилю»: прикладная математика, программирование, computer science».

С чего Вы начали свою IT-деятельность?

Начинал я с работы программистом.

На каких языках приходилось работать?

Доводилось программировать на Си, на Фортране, на Ассемблере, да на чем я только не работал... Поскольку свою последнюю программу я написал в 1993 году, это более или менее все равно.

Откуда взялся такой интерес к программированию?

Когда я учился, были только ЕС ЭВМ, такие большие зеленые экраны, и система PRIMUS. Мне посчастливилось работать на одной из первых писишек, которая появилась в ВЦ Академии наук в 1984-м году. PC меня просто покорила! Во-первых, там был цветной экран, но главное – любую точку на этом экране можно было запрограммировать: сказать, где она находится и какой у нее цвет. Это меня потрясло.

А чем Вы занимались до «Яндекса»?

Многим. В частности, на одной работе я занимался обработкой информационных ленточек – тогда еще информация хранилась на бобинах. Она собиралась из разных информационных баз, и я писал всякие конвертеры по преобразованию их в одну базу.

Как Вы пришли к идее «Яндекса»?

Собственно, идея родилась в 1990 году. Я тогда занимался большими базами данных и их анализом, а Аркадий Борковский, довольно известный тогда программист, – лингвистикой. Вместе мы создали малое предприятие «Аркадия»: оно разрабатывало технологию поиска русскоязычной информации с учетом морфологических признаков.

Каковы были применения этой технологии?

В начале 90-х мы еще продавали программы, основанные на ней: классификатор изобретений, например, еще – программу «Библия» с полным поиском во всех книгах Библии. То есть мы обрабатывали разные информационные массивы и искали с помощью морфологии слова в самых разных больших текстах.

Что Вас заставило отказаться от этой деятельности?

В начале 90-х годов за программирование перестали платить. И хотя мы продолжали работать над этим проектом, он стал безденежен. Поэтому я переключился на работу, связанную с дистрибуцией компьютерного, а потом сетевого оборудования. Именно тогда мы сделали CompTek, который сегодня широко известен в узких компьютерных кругах как самый крупный дистрибутор Cisco, цитадель беспроводных сетей и компьютерной телефонии. А все люди, разрабатывавшие технологию, которая сегодня называется «Яндекс», перешли в подразделения «КомпТека», который их финансировал, и финансировал, как выяснилось впоследствии, не зря. А в 1996 году появились само слово «Яндекс» и серия продуктов под этим именем.

Кстати, откуда такое слово – «Яндекс»?

Это название («Яндекс» – «Yet Another Indexer») придумал Илья Сегалович (главный разработчик «Яндекса») по аналогии с продуктами Unix (например, YACC – Yet Another C Compiler). А мне понравилась русская транскрипция. «Яндекс» означает «языковый индекс»: буква «я» – очень русская буква. Это индексирование с русской спецификой. А потом придумалось много других объяснений, например: I – это «я» по-русски. Есть еще вариант: ЯНЬдекс и ИНЬдекс – инь-янь. Исследования на эту тему продолжаются.

А как появилась идея вывести «Яндекс» в Интернет?

Мы занимались своим делом – поиском и вылезли в Сеть, чтобы продемонстрировать возможности нашей системы. Быстрый поиск по немногочисленным тогда текстам в Интернете (меньше 5 Гбайт!) был хорошим демонстрационным примером применения технологии. Когда в конце 1999 года начался интернет-бум, нас стали атаковать со всех сторон: «Что вы здесь сидите – ничего не делаете, занимаетесь своим несчастным поиском, а другие (посмотрите на Запад) вон что делают (посмотрите, какие там деньги)». И тогда мы в первый раз задумались о том, чтобы заняться Интернетом более серьезно. Сначала мы считали, что поиск – это серьезное, а «легкие» программки, «легкие» сервисы вроде хостинга или почты – это игрушки. Но в результате нас убедили. И вот в прошлом году «Яндекс» отделился и стал самостоятельной компанией. В общем, за год мы построили портал. В декабре 1999 года, когда все это началось, нас было 15 человек, а «Яндексом» пользовалось 150 тысяч человек, сейчас нас 70, а пользователей «Яндекса» больше 2,6 миллионов в месяц.

Расскажите, как происходило инвестирование? Не были ли перемены болезненными для компании?

Сложилась ситуация, когда нам не нужно было искать инвесторов: инвесторы нарасхват брали все, что шевелится. И у нас, к счастью, имелся выбор между разными инвесторами. Мы разговаривали с людьми, выбирали тех, с кем будет комфортнее, с кем у нас общие цели, пробовали работать с разными компаниями. В результате остановились на ru-Net Holdings.

И каково сейчас распределение сил?

В результате компания «Яндекс» была выделена из «КомпТека». Чуть менее двух третей ее акций принадлежат «КомпТеку», а треть была продана за инвестиции ru-Net Holdings.

Чем Вы сейчас занимаетесь в «Яндексе», кроме руководства?

Год назад почти всем, сейчас – всем, но понемногу. В основном – строительством портала и строительством компании.

Ну, а программированием балуетесь?

Нет, лично я не программирую. Хотя спрашиваю иногда: «Почему там это слева, а это справа? Неужели было трудно поменять местами два оператора?» Но, по идее, я в это лезть, конечно, не должен.

Как Вы воспринимаете Интернет? В чем его принципиальное отличие от оффлайна?

Мы считаем, что Интернет – это не еще одна книжка, опубликованная в Сети, которую можно читать на мониторе, и не просто телевизионная передача, выложенная в сетевом формате. Интернет – это новая среда, главное в которой – возможность оказания интерактивных услуг.

Какова тогда роль поискового сервиса в этой среде?

Электронные СМИ и онлайновые магазины, разумеется, удобнее, чем обычные. Но все это – новые расширения уже существующих сущностей. А есть вещи, которых в жизни не бывает. Например, в обычной жизни нет системы, которой можно задать любой вопрос – «во сколько уходит поезд в Люберцы?» или «кто сказал “мяу”» – и получить ответ. В Интернете так много разной информации, что сервис поиска в нем – это не просто возможность «найти что-то», а своеобразный аналог универсального справочного бюро. Такого сервиса не существовало в обычной жизни до Интернета, и без него теперь действительно трудно жить.

Какие идеи, с Вашей точки зрения, были принципиальными для успешного развития «Яндекса» как сетевого проекта?

Было много разных составляющих. Но самое важное – то, что мы не стали заниматься контентом, а занимаемся сервисом. Наш портал – это большая программа, а не контентное наполнение. Мы не даем свои новости, вместо этого у нас есть сервис поиска по новостям. Почта, хостинг, поиск, открытки, закладки, каталог как часть поиска – все это сервис.

Как Вы думаете, каково будущее поисковых систем?

Еще несколько лет назад поисковые системы занимались тем, что пытались прочитать и заиндексировать как можно больше информации. Теперь основная проблема поисковых систем – как избавиться от моря ссылок в ответе на любой самый невинный запрос. С этим мы боремся двумя путями: разными умными алгоритмами повышения релевантности и подавления спама, а также путем структуризации информации. Сегодня наши результаты структурируются по темам из каталога. Кроме того, пользователь при любом запросе получает, не замечая этого, ответы не из одного массива (веб-страничек), но еще и результаты поиска в каталоге сайтов, в новостях и в базе товаров. Список массивов параллельного поиска будет увеличиваться – это позволяет дать пользователю более структурированную (а значит, более понятную) информацию.

Можно ли сказать, что поисковые запросы становятся изощреннее, точнее – или, скорее, наоборот?

«Яндекс» долго агитировал своих пользователей за то, чтобы запросы задавались нормальным русским языком. Два года назад средняя длина запроса была примерно 1,5 слова, сейчас – 2,6 слова.

Вопрос из области авторского права. При индексировании производится копирование документа на поисковую машину, переработка и загрузка в базу данных, по которой он потом может быть частично или полностью восстановлен. В каких отношениях эти процедуры находятся с законодательством о копирайте? Не кроется ли здесь источник больших проблем в будущем?

Надо сказать, что точно так же дело обстоит в электронной почте и вообще при любой передаче информации по пакетным сетям. По технологическим причинам любая передаваемая информация буферизуется на десятках промежуточных серверов. В этом смысле мы ничем не хуже и не лучше. У нас тоже по чисто технологическим причинам информация с сайта буферизуется – мы просто еще один «роутер». Так же ведут себя и прокси-серверы. Надо заметить, что мы не храним у себя базу текстов и, таким образом, уважаем право автора на удаление своей страницы (хотя еще некоторое время ее адрес продолжает находиться). Аналогично поступают все существующие в мире поисковые машины, и, по крайней мере до сих пор, проблем с копирайтом вроде бы не возникало. Кроме этого, любой хозяин сайта, желающий уберечь свою драгоценную собственность от пронырливой поисковой машины, может просто запретить индексацию в файле robots.txt. За все время существования Yandex.ru мы получили только одно письмо от человека, недовольного тем, что его сайт проиндексировали. Обычно все требуют, чтобы они были проиндексированы как можно быстрее, как можно полнее и т. д.

Как часто регистрируются попытки накруток и искусственного завышения рейтинга сайтов? Что и как часто вам приходится предпринимать против этого?

Меры к конкретному сайту, например, исключение его из базы поиска, нам приходится применять достаточно редко. А вот с поисковым спамом мы боремся постоянно, но не «поштучно», а в общем виде – оттачиваем алгоритмы распознавания. Спамеры, конечно, тоже не стоят на месте – так что ситуация похожа на борьбу хакеров и систем безопасности.

Представьте, кто-нибудь из друзей задал Вам вопрос: «Я хочу сделать какой-нибудь сервис или портал. Каким он должен быть? Что мне было бы выгоднее?»

Тогда я спросил бы: «Зачем делать портал? Что вам нужно конкретно, сейчас? Что нового вы хотите сделать для людей? Вообще, зачем вы на свете живете? Главное, чтобы это было кому-то нужно.

Каким будет коммерческое и стратегическое развитие «Яндекса» в ближайшем будущем? Появится ли что-то новое?

Безусловно, будут запускаться новые сервисы. Интернет – вещь неизведанная, поэтому сказать точно, что это будет, никто не может. Мы и сами не знаем. Мы внимательно изучаем рынок, потребности людей – и пытаемся придумать что-то новое. Но вот что мы знаем наверняка: сегодня единственная коммерческая схема в Интернете – это предоставление бесплатных сервисов широкой аудитории и капитализация этой аудитории, например, через рекламодателей. Когда есть аудитория 2,5–3 миллиона человек, наверняка, эта аудитория кому-то нужна. Поэтому мы предлагаем услуги b2c. Бизнес для двух-трех миллионов пользователей. А деньги получаются на уровне b2b.

Но уже многие ресурсы наращивали посещаемость, а потом выяснилось, что посещаемость не есть деньги.

Во-первых, посещаемость – это всегда деньги. Другое дело, какой ценой эта посещаемость достигнута, и настолько ли востребована эта аудитория? Я думаю, что посещаемость на поисковом сервере, куда люди приходят с конкретными интересами, можно конвертировать в деньги гораздо проще, чем на обычном ресурсе.

Однако известен пример «Порт.ру», который, имея самый большой в Рунете почтовый сервис, не может прожить без инвестиций.

Там собирались вполне осмысленные деньги – десятки тысяч долларов в месяц, на которые можно легко поддерживать почтовую службу. Почтовая служба – это бизнес с оборотом в десятки, а может быть, и сотни тысяч долларов в месяц. Это доходное предприятие. Просто оно не очень большое – размером в несколько миллионов долларов оборота в год. В «Порт.ру» были допущены ошибки: они пытались представить эти несколько миллионов как несколько сотен миллионов и раздували под это структуры, а с ними и ожидания инвесторов... Но компания «Порт.ру» вполне может быть прибыльной.

Расскажите, как возникла идея рекламного ролика с Темой Лебедевым (www.yandex.ru/tv.html)?

Все хорошие идеи возникают из-за кризиса жанра. Мы две недели сидели над роликом, никто не мог ничего придумать. В одном из агентств нам предложили идею розыска (поиск собаки, поиск любимого или поиск преступника). Мы успели посмотреть к тому моменту сюжетов сорок, и было понятно, что ни один из них не годится. И, наконец, в последний день стукнула идея: в абсолютно плоский сюжет – почему-то зацепились за поиск преступника – добавили «вишенку» с Темой, и получилось забавно.

Но ведь Тема Лебедев – персонаж из интернет-мира? Значит, реклама предназначалась скорее пользователям?

Да, количество людей, посмотревших эту рекламу в Интернете, больше, чем увидевших ее по телевизору. Это посчитано.

Если этот клип для аудитории Интернета, а не для простых граждан, – а телевизор смотрят по преимуществу простые граждане, – то где же аудитория клипа?

Интернет растет с такой скоростью, что люди, которые были в Интернете в начале 2000 года, когда это все начиналось, составляют сейчас меньше половины всех интернет-пользователей. И сегодняшние пользователи через два года, дай Бог, тоже будут половиной аудитории. Сетевая аудитория растет не за счет тех, кто в там сегодня, а за счет тех, кто придет туда завтра.

Эта рекламная акция принесла плоды?

Рост нашего трафика показывает, что да. Мы начинали 2000 год, будучи четвертыми-пятыми по трафику, а сегодня мы, хотя это звучит нескромно, – по популярности брэнда – первые, по трафику – первые-вторые.

А как отнесся сам Лебедев к такому предложению?

Когда пришла в голову эта идея, я написал ему на аську: «Вот не хочешь ли сняться в кино?», – он ответил: «Хочу». Через день ролик был снят.

Контекстная реклама, которую Вы стали использовать относительно недавно, давно применяется за рубежом. Вы сами разрабатывали под нее программное обеспечение или покупали?

Сами. У нас и баннерокрутилка своя. Мы этим занимаемся сами, потому что, во-первых, там своя специфика, во-вторых, очень большие нагрузки. Мы не можем поставить стандартную баннерокрутилку на систему, которая выдает 20 ответов в секунду.

А вообще, выгодное это дело – контекстная реклама?

Для нас – да, мы стремимся к тому, чтобы вся реклама была контекстной. Преимущество поисковой системы по сравнению с обычным трафиком – возможность отловить человека на пике интереса. В поиске реклама выглядит как дополнительная информация. Не просто выглядит, а, собственно, ею является.

Чем отличается реклама в Интернете от обычной?

У рекламы в Интернете два аспекта. Первый – это просто доступ к аудитории: «Я хочу о себе заявить» – запустился новый портал, вышла новая книжка, или просто заявить свою марку: «Кола-кола – это хорошо». Для этого мне нужна просто аудитория. Второй аспект: Интернет дает возможность преподнести рекламу именно тому, кому она предназначается. Магазину, который торгует путевками в Турцию, давать имиджевую рекламу на улице бессмысленно. Им для того, чтобы жить, нужно продавать пять путевок в месяц. Поэтому нужно, чтобы к ним пришло 50 клиентов в месяц, из них купит путевку каждый десятый. Найти этих клиентов помогает контекстное размещение рекламы. В этом смысле второе измерение для нас как площадки – это большое количество маленьких денег, большое количество маленьких рекламодателей. А в первом случае – маленькое количество больших рекламодателей. Для имиджевой составляющей важна аудитория, для маленьких фирм – точное попадание. Собственно, Интернет как раз и отличается от других рекламных носителей тем, что в нем присутствуют оба аспекта одновременно – массовость и точность.

Собирается ли «Яндекс» индексировать зарубежные страницы?

У «Яндекса» есть своя ниша – сервис по обслуживанию русскоговорящих пользователей Сети. Сегодня мы не можем конкурировать с английскими поисковыми системами. Но мы предоставляем такой сервис: на «Яндексе» любой запрос заканчивается строкой «Поискать то же самое в Google или в Altavista». Зачем повторять чужую работу?

Планируется ли коммерциализация поискового механизма, то есть сбор платежей за появление сайта в начале результатов поиска?

Нет, маскировать проданную рекламу под результаты поиска мы не планируем, если вопрос в этом. В этом случае ухудшилось бы качество сервиса для пользователей, а этого мы допустить не можем (пользователи – наш главный капитал). Для появления сайта на первых позициях есть другой способ – реклама. Сейчас это баннер наверху и текстовая строчка посередине, скоро появится много новых возможностей расположения информации о вашем сайте.

Какие направления развиваются сейчас в «Яндексе»?

Мы продаем рекламу – баннерную рекламу, контекстные баннеры и контекстные слова, размещение товарных предложений для онлайновых и обычных магазинов, спонсорство и спецпроекты. Плюс мы продаем небольшое количество софта: локальные версии поисковой системы – «Яндекс-сайт» называется, – с помощью которых на сайтах можно ввести функцию поиска.

Это доступно простому пользователю – или это корпоративная версия за большие деньги?

«Яндекс-сайт» – для простых пользователей, для веб-мастеров, для тех, кто делает сайты. Софт до пяти мегабайт – бесплатный.

И как, пользуется популярностью?

Несколько тысяч скачиваний. Мы раздаем маленькие программы бесплатно в надежде, что когда-нибудь и проекты, и их хозяева подрастут, у них появятся деньги и тогда они купят большие программы.

Были примеры?

МТС только что доросла и купила. Раньше у них была бесплатная версия, а сейчас заплатили, потому что у них вырос сайт.

Ходят слухи, что «Яндекс-Гуру» не оправдал надежд с экономической точки зрения и его скоро закроют.

Нет. Глупости какие! «Яндекс-Гуру» является частью нашего проекта «Яндекс-товары». Надежды он оправдал безусловно, потому что там продается реклама и есть стабильная аудитория. Мы никогда не думали, что у него будет большая посещаемость. Это хорошее дополнение к сервису товаров. Собственно, так мы и позиционируемся.

Вы модернизируете старые сервисы?

Например, наши «Закладки» пользуются большой популярностью, и посещаемость там выше, чем у «Гуру». Нам кажется, в них заложена огромная функциональность, это просто портал в портале, но воспользоваться ими очень трудно, поэтому сейчас мы пытаемся придать им человеческий вид.

А вообще у «Яндекса» есть недостатки?

Да мы вообще из одних недостатков состоим! Приходите в офис, вы увидите там людей, которые кричат друг на друга, в азарте доказывая, что все нужно делать совсем не так.

Вы собираетесь что-нибудь менять?

Все. Сейчас выходят новые версии фактически всех проектов, вот и у «Яндекса» скоро будет новая версия.

В «Яндексе» сейчас довольно сложно искать в каталоге. Здесь что-нибудь изменится?

Каталог недавно обновился. Сначала он был не очень большой, я сам туда мало ходил, но примерно месяц назад, когда я там случайно оказался, узнал, что он сильно вырос и стал более чем разумен.

Сейчас зачастую даже на качественный запрос в несколько слов выдается несколько десятков тысяч страниц. Будет ли совершенствоваться система для уточнения поиска?

Нужно просто смотреть первые пять-десять ссылок, это я знаю по своему опыту.

Зачем тогда эти тысячи страниц? Может быть, тогда имеет смысл выдавать лишь первые двадцать ссылок?

Мы просто уберем количество найденных страниц куда-нибудь вниз. Эти числа сейчас выдаются вместо первой ссылки и, наверное, пугают народ. Но надо понимать, что эти числа вылезли из-за соревновательности. Каждый показывает, как много он может найти. Сейчас нам не надо больше доказывать, что у нас база данных в два раза больше, чем у других. Действительно, когда вы задаете хотя бы четырех-трехсловный запрос, естественно, что система выдает сначала более или менее точную информацию, а потом начинает фантазировать, и на этот результат можно уже не смотреть. А можно и смотреть, потому что по этому конкретному запросу может отсутствовать точная информация, и тогда полезно посмотреть результат, чтобы переформулировать вопрос.

Может быть, нужно работать в направлении уменьшения простора для фантазий машины?

Мы их можем просто отрезать, но тогда нас будут спрашивать: «Почему вы убрали?». На любое улучшение приходит десять писем «Как замечательно!» и десять – «Зачем вы это сделали?».

И как же вы выбираете?

По собственному вкусу. Когда приходит одиннадцать писем «Как замечательно!» и девять «Зачем вы это сделали?», мы считаем, что сделали правильно. То есть мы движемся по градиенту.

Что Вы думаете об Интел Интернет Премии?

У Премии масса недостатков, которые я могу перечислять часами. Прежде всего – не должно быть титульного спонсора Intel. Но кто-то должен ее спонсировать! Intel согласился предоставить деньги на таких условиях. Почему это плохо? Потому что получается, что у нас страна Африкания, и все «национальное российское» по размерам равно одной американской компании. Я пытался говорить на эту тему с Intel в начале осени, когда это все начиналось, но не переубедил их. Хотя премия сама по себе – полезная вещь.

Как Вы относитесь к ситуации, когда Ваши проекты получили пять премий одновременно – и в то же время вы возглавляли жюри?

Отрицательно отношусь. Страшная глупость. Вы понимаете, что такое председатель жюри? Вы думаете, это тот, кто решает, кому быть первым, кому вторым? Председатель жюри – должность номинальная. Я считаю, что ни игрок рынка, ни участник не должны быть членами жюри. Но проблема в том, что почти все академики имеют свои проекты, большинство из которых было выставлено на конкурс. Справедливости ради нужно сказать, что они не имеют права голосовать в тех номинациях, где стоят их проекты.

То есть Вы не голосовали в шести номинациях?

Я голосовал примерно по десятку номинаций, таких как «Музыка», «Персональный сайт», «Искусство в Сети» – в тех номинациях, где наши проекты не выставлялись. Один из наших проектов («Народ.ру») стоял, например, в «Открытии года», но не победил. Фактически, я не занимался ни организацией конкурса, ни организацией работы жюри.

Почему же Вы согласились?

В начале осени Анатолий Прохоров звонил мне две недели подряд и говорил: «Очень важно, чтобы кто-то из видных игроков был там, это очень номинальная должность, пойми, делать ничего не надо». Было легче согласиться, чем объяснять, почему не хочется. Общественная нагрузка. Про то, чем это может обернуться, никто не подумал, в том числе, по дурости, мы сами. В результате я понял, куда попал, только когда пришел, как и все (полный надежд), на церемонию награждения. Меня отозвали в сторонку и сказали: «Слушай, ты же председатель жюри, тебе надо грамоты подписывать». Я пошел подписывать грамоты. Подписал несколько – потом беру следующую, смотрю – «Яндекс». Подписал еще две-три – опять «Яндекс». Но, конечно, когда я дошел до номинации «Человек года», я понял, что вляпался. Зато сейчас у меня над креслом висит уникальная вещь: рамочка, в которой грамота «Человеку года А. Воложу» подписана тем же А. Воложем.

Но общий настрой оказался положительным?

Конечно, положительным. Если бы все прошло без скандала, то после таких результатов нам всем нужно было бы бросить работу и с почетом лечь в мавзолей. А так: «Жизнь насмешкой мне казалась. Так оно и оказалось». Кстати, уже после этого «Яндекс» выбрали «продуктом года» в PC Magazine, а также отметило ЕЖЕдвижение в своем сетевом конкурсе «РОТОР++». Ни там, ни там никто из нас в жюри не председательствовал.

Ваши пожелания пользователям?

Заходите почаще в Сеть, потому что чем больше народа будет в Сети, тем более осмысленным будет сервис, над которым мы все корячимся. Это очень трудно. А все должно быть не зря.

Беседовала Мария Говорун,
govorun@piter.com

ВРЕЗКИ
Немного статистики.

Всего в Интернете 1,5 млрд. документов. В самой большой европейской системе Voila (www.voila.fr) проиндексировано 160 млн. документов.

В «Яндексе» – 35 млн. документов – 460,96 Гбайт (www.yandex.ru/chisla.html). Система обрабатывает миллиона поисковых запросов в день.

У нас отдел писем покруче, чем при ЦК КПСС (те, кто по молодости не знаком с аббревиатурой – могут поискать в «Яндексе»). Приходит 200 писем в день. Есть служба поддержки, у которой две функции: она фильтрует сайты на «Народе» и в «Поиске» – и отвечает пользователям. У нас на кухне висят самые лучшие письма, и они каждый день меняются. Там есть замечательные экземпляры.
Аркадий Волож

Пользователи пишут

Пишу по одному интересному моменту, и очень хотела бы знать Ваше мнение об этом. У меня в конце 2000 года родился щенок керри-блю-терьера, который получил от своих хозяев кличку Яндекс (имя) Блюз Талисман (фамилия). Мальчик имеет неплохие выставочные перспективы. Вас не смущает его имя? Не считаете ли Вы это нарушением Ваших авторских прав?:) Если Вас заинтересует, я могла бы сообщать об успехах тезки. Удачи Вам! Всегда пользуюсь помощью Вашей службы. Спасибо Вам!

«Яндекс» отвечает

Однажды в «Яндекс» пришло письмо: «Ребята, что ж вы делаете? Я набрал “все”, а у меня ничего не нашлось. А вы говорите “найдется все”».

Мы придумали выход из этого положения. Теперь, когда «Яндекс» ничего не может найти, под логотипом можно увидеть надпись: «Найдется все. Со временем».

Пользователи пишут

Вас беспокоят из Законодательного Собрания Санкт-Петербурга. Нас интересует все, что связано с системой управления жизнедеятельностью г. Торонто и другие подобные системы – бюджет, удельный вес в нем на содержание чиновников всех уровней, отдельно – депутатов, эффективность их работы.

«Яндекс» отвечает

После рекламы с Темой Лебедевым к нам в «Яндекс» стали поступать вопросы в стиле: «Закурить не найдется?». Мы решили дать на них ответы. Попробуйте набрать в строке поиска: «А судьи кто?». Результат будет неожиданным.

Пользователи пишут

Кто-то разместил на сайте www.mylove-in.net объявление от имени моей жены, используя почтовый адрес girl@yandex.ru (который не имеет никакого отношения к моей жене). Если это возможно, прошу Вас удалить почтовый адрес «girl» с Вашего сайта.

Издержки популярности

Примерно месяц назад по ТВЦ в программе «Хроника происшествий» показали сюжет – арест торговцев изданиями, содержавшими детскую порнографию. Под конец выступил следователь: «Все это – еще ничего. В Интернете есть так называемый “Яндекс”. Вот там можно найти сколько угодно детской порнографии!» После чего крупным планом было показано, как в строке поиска «Яндекса» набирается «детская порнография» и результат – несколько сот тысяч ссылок. Следователь добавляет: «Как вот с такими ”Яндексами“ бороться – мы не знаем». В ближайшую неделю количество запросов «детская порнография» и «детское порно» увеличилось в три раза по сравнению с обычным уровнем, а слово «детский» на этой неделе вышло на одно из первых мест по популярности в НИНИ-индексе (www.yandex.ru/nini.html).


  • Главная
  • Новости
  • Новинки
  • Скрипты
  • Форум
  • Ссылки
  • О сайте




  • Emanual.ru – это сайт, посвящённый всем значимым событиям в IT-индустрии: новейшие разработки, уникальные методы и горячие новости! Тонны информации, полезной как для обычных пользователей, так и для самых продвинутых программистов! Интересные обсуждения на актуальные темы и огромная аудитория, которая может быть интересна широкому кругу рекламодателей. У нас вы узнаете всё о компьютерах, базах данных, операционных системах, сетях, инфраструктурах, связях и программированию на популярных языках!
     Copyright © 2001-2020
    Реклама на сайте